Site icon ZARAZ.INFO

Янукович, Порошенко, Гонтарева – бизнес-партнеры?

Грандиозный скандал, вспыхнувший из-за раскрытия схем заработка ближайшего окружения президента на «деньгах Януковича» (и даже участия в выводе средств во время Евромайдана), может спровоцировать новый виток войны между НАБУ и ГПУ и пошатнуть власть. Газета «Вести» разбиралась в подоплеке и последствиях истории. Перепечатываем материал.

В чем суть обвинений

Все началось с публикации арабским телеканалом «Аль-Джазира» текста приговора Краматорского райсуда. Этот 95-страничный документ, бывший до сих пор засекреченным в Украине, описывает деятельность «преступной организации Януковича» — в частности, по восьми эпизодам: завладение скрапленным газом, средствами «Нафтогаза», НБУ (в виде стабкредита одному из банков), кража средств из ряда банков, аграрного фонда… В целом речь о 13 млрд грн средств, которые, согласно приговору суда некому Аркадию Кашкину, отмывались через 400 украинских и иностранных компаний. Это — часть тех самых $1,5 млрд, которые были изъяты (арестованы) по т. н. процедуре спецконфискации, которую глава ГПУ считает одним из своих достижений.

В 2013–2014 годах деньги осели в 10 офшорах. Далее, по данным суда, имела место покупка на эти деньги ОВГЗ — т. е. средства инвестировались в валютные облигации и размещались на счетах в украинских банках, включая государственные. Тут исследователей ждала неожиданность.

Посредником при покупке ОВГЗ была финкомпания ICU. Она стала настоящей «кузницей кадров» для новой власти: ее основатели — глава НБУ Валерия Гонтарева и Макар Пасенюк (последнего называют и вовсе «финансистом Порошенко»), а ее ключевые сотрудники — Владимир Демчишин (экс-глава Минэнергетики) и Дмитрий Вовк (глава НКРЭКП)

Еще момент: активы одной из офшорных компаний, арестованные еще в 2014-м, якобы пытались приобрести (и даже приобрели — хоть этот факт ставится под сомнение и оспаривается) нардеп Александр Онищенко (бывший в то время доверенным лицом Петра Порошенко) и бизнесмен из РФ Павел Фукс. Вчера же Онищенко, общавшийся с журналистами «Аль-Джазиры», опроверг факт приобретения компании у представителей бывшей власти, а также пообещал подать на телеканал в суд.

Кто поднимает волну

Очевидно, что канал «Аль-Джазира» не был инициатором расследования — его «заказал» кто-то со стороны. Засекреченное решение суда было передано украинской стороной, но, по мнению экспертов, бенефициары скандала находятся среди той части американской элиты, которая противостоит Дональду Трампу. «Сам канал «Аль-Джазира» создавался при поддержке Госдепа времен расцвета Демпартии, сейчас он, вместе с CNN, занимается поддержкой линии Хиллари Клинтон. Отношение к скандалу может иметь также филантроп Джордж Сорос (он вступил в противостояние с окружением Трампа. — Авт.)», — считает политолог Алексей Якубин.

По его словам, это те люди, которые создавали НАБУ и заинтересованы в максимальном укреплении структуры. «Сейчас все структуры, имеющие отношение к Демпартии и Соросу, объединяются в единую сеть, которая будет по максимуму выбивать тех политиков и институции, которые имеют отношение к Трампу, чтобы заменить их на проамериканских, но не связанных с администрацией Трампа политиков, — пояснил «Вестям» политолог Кость Бондаренко. — А в число «трампистов» сейчас записывают и Петра Порошенко».

Ослабится ли Порошенко

В украинском политикуме, по мнению политтехнолога Андрея Золотарева, ситуацией с «возвратом активов Януковича» непременно воспользуются антикоррупционеры, еврооптимисты и революционер Саакашвили. Близкий к опальному олигарху нардеп Семен Семенченко уже заявил, что Порошенко «после такого» должен подать в отставку.
А в Центре противодействия коррупции пообещали инициировать уголовное дело по факту преступления должностных лиц (ныне действующих), «помогавших легализировать средства Януковича».

Банковая хранит подозрительную тишину. Сразу же скандал прокомментировала Гонтарева, назвав все заявления манипулятивными и безосновательными. Провластные блогеры (в их числе — Мирослав Олешко, Карл Волох) выступили с обвинением «Аль-Джазиры» в недостоверности и манипулировании фактами в угоду «людям Януковича», которые-де захотели вернуть свои деньги, и поэтому «мутят воду».

Второй посыл последовал от РПЛ: Олег Ляшко возмущенно потребовал уголовное дело по Валерии Гонтаревой (т. е. явно пытаясь переключить внимание с участия в махинациях окружения президента). Плюс последовало официальное сообщение от замглавы ГПУ Евгения Енина, который признал, что мотивацией для наложения грифа «секретно» на решение Краматорского суда было не желание сокрыть факт участия в махинациях близкой к Порошенко компании ICU, а… удобством для следователей. «Мы мотивировали решение тем, что по подавляющему большинству указанных компаний на сегодняшний день идут активные следственные действия. В том числе в иностранных юрисдикциях с помощью каналов международной правовой помощи», — уточнил Енин.

Что скажет НАБУ

Антикоррупционное бюро и ГПУ еще в октябре схлестнулись за право расследовать дело по тому самому офшору, который якобы хотел приобрести Онищенко. Теперь противостояние между ними может снова обостриться. «В НАБУ понимают, что через месяц-два им придется давать отчет, и на фоне скандала любые попытки обвинить НАБУ в неготовности просто потеряются, — считает Якубин. — Кроме того, Банковая может не «проглотить» обиду и попытаться сковырнуть главу ведомства Артема Сытника с должности главы НАБУ. Ему это, видимо, сейчас даже на руку — так он сможет полноценно
заняться политикой».

Юристы делают из дела несколько выводов. Во-первых, разрушается сама юридическая подоплека под спецконфискацией. «Далекую от законности процедуру втиснули в Гражданский кодекс для отъема денег прошлой власти — ее можно легко оспорить, ведь она не предполагает судебного решения о признании собственника виновным в совершении преступления. Решение суда засекретили именно по этой причине», — сказала директор консалтинговой компании «Партия власти/RPGR Consulting» и юрист Елена Дьяченко.

А по мнению адвоката Елены Лешенко, которая ведет дела украинских граждан в ЕСПЧ, сам факт отсутствия приговоров для фигурантов из числа бывшей власти означает основания для обжалования спецконфискации в целом в европейских арбитражных судебных структурах. «Если фигуранты дела докажут, что их лишили возможности оспорить это решение, а спецконфискация была незаконной, они могут обратиться в ЕСПЧ, — убеждена Лешенко. — ЕСПЧ возьмется за рассмотрение жалобы только на предмет нарушения прав и свобод, закрепленных в Конвенции по правам человека».

«Конфискация, которой хвастается генпрокурор, оказалась сильно раздутым PR-пузырем. Уже очень скоро он лопнет», — резюмирует глава Центра противодействия коррупции Дарина Каленюк.

Exit mobile version